О ТЕКУЩЕМ МОМЕНТЕ
О ТЕКУЩЕМ МОМЕНТЕ
Перед нами стоит задача завоевания наиболее политически развитой части пролетариата, в том числе и высокообразованных лиц технических профессий. Практика ведения пропаганды показывает, что с самых ранних этапов знакомства с марксизмом наибольшее противодействие в интеллигентной среде, особенно инженерно-технической, вызывают те антинаучные методологические установки в области гносеологии, которые считаются с точки зрения «научной картины мира» общепризнанными. Так, фактически отрицается познаваемость общества, объективность мироздания, выдвигаются ложные критерии научности и наблюдается полное незнакомство с учением об объективной истине.
Почему это важно? Дело в том, что в процессе соединения марксизма с пролетарским движением всё более возрастающую роль играет доказывание его научной неодолимости. Так, во второй половине XIX и первой половине XX века передовые интеллигенты самостоятельно приходили к марксистским взглядам, вступали в интернационал и формировали местные марксистские партии, которые активно участвовали в пролетарском движении и отстаивали права и интересы трудящихся. В периоды революционного подъёма и натиска рабочие и крестьяне вступали в борьбу с правительством в основном не из-за научных убеждений, они шли за лозунгами социальной справедливости, ориентируясь в политике на наиболее твёрдые и последовательные организации революционного толка. Перспектива строительства коммунизма выглядела для широких народных масс способом решения материальных проблем, избавления от ненавистного помещичьего и буржуазного гнёта. Купирование буржуазией коммунистического движения происходило за счёт подкупа оппортунистов, террористического разгрома революционных партий и насаждения шовинизма.
Сегодня мы видим несколько иную картину. Во-первых, перспектива коммунизма очерчена конкретным историческим опытом СССР и социалистических стран (уже не какой-то там призрак бродит и далеко не по одной Европе). Очерняя этот опыт, буржуазия создаёт мощный заслон революционному движению, успешно насаждая в лучшем случае реформизм. Большинство европейских партий с коммунистическими названиями вообще отказались от повторения советского опыта и, следовательно, от борьбы за революционный переход к обществу первой фазы коммунизма, скатившись в откровенный ревизионизм и ренегатство. Вместе с тем, буржуазией на регулярной основе ведётся не только очернение исторического опыта коммунизма, но и демонизация существующих социалистических стран и правительств социалистической ориентации. Массам настойчиво прививается мысль, что коммунизм — это тупиковый отворот от магистрального пути развития цивилизации вечного капитализма.
Во-вторых, буржуазия в развивающихся и развитых капиталистических странах научилась умело управлять материальным положением пролетарских масс, в результате чего они утратили повальное ощущение готовности умирать в борьбе хоть за какие-то улучшения своей жизни, как это часто бывало в XIX — начале XX веков. Теперь буржуазное государство «подкармливает» пауперов, а выживание от зарплаты до зарплаты (+ отпуск раз в году) для 20% населения с издёвкой названо жизнью «среднего класса», стремление к которой навязывается остальным пролетариям в качестве предела возможного. Теперь социально-ориентированные лозунги взяты на вооружение практически всеми буржуазными и мелкобуржуазными партиями и политиками, массы тонут в обещаниях улучшить их благосостояние и привыкли к разочарованию после многократного обмана. Таким образом, материальное положение трудящихся играет значительно меньшую роль в объективном потенциале роста и развития пролетарского движения, чем в прошлом.
В-третьих, буржуазные режимы стали заметно слабее, они относительно легко и бескровно свергаются мелкобуржуазным выступлением масс. Если раньше банкротство правительства сопровождалось агонией вооружённого подавления протестующих, то в настоящее время относительная гуманизация буржуазного общества в этом аспекте показывает нам, что буржуазия обеспечивает устойчивость своей диктатуры не только сильной и хорошо вооружённой властью, но и идеологической безальтернативностью капитализма. Олигархи допускают свержение тех или иных правительств, понимая, что пришедшие на их место новые правительства не посягнут на производственные отношения капитализма, на экономический и политический порядок диктатуры буржуазии.
В-четвёртых, в противовес марксизму как науке различными идеологами, в том числе левого толка, был сформирован огромный пласт лженаучных концепций, задача которых — не только противостоять учению Маркса, но и различными способами нивелировать подлинный ленинизм и сталинский теоретический опыт построения коммунизма. Буржуазия добилась того, что марксизм-ленинизм признаётся в лучшем случае популярной в прошлом идеологией, но не наукой. Используя продажность и трусость интеллигенции, капиталистам удалось создать атмосферу непринятия марксизма «образованными людьми». Более ста лет сотни тысяч учёных по всему миру изобретали в обществоведении теоретические суррогаты, призванные оправдывать вечность капиталистического уклада жизни, уводили школьников, студентов и трудящихся в дебри идеализма. Нередко это происходило и под видом «учёта марксизма» и даже под видом самого марксизма. За семидесятилетие Советской власти на территории нашей страны также не удалось утвердить в должной мере авторитет марксизма, виной чему вредительство и недоумие оппортунистов постсталинского руководства КПСС и оппортунистической профессуры. Таким образом, современные интеллигенты оказываются в значительной степени заражены антикоммунизмом именно через влияние «научной» идеологии.
Поэтому сегодня к марксизму стихийно обращаются в основном молодые люди, ведомые обострённым чувством справедливости. Они быстро загораются, совершают уйму ошибок из-за своей теоретической безграмотности и излишней поспешности и стремительно угасают, разочаровавшись, что «ничего не получается». А большинство сторонников и симпатизантов левых идей являются носителями советско-патриотической идеологии и ностальгии по СССР. Зрелые и опытные пролетарии умственного и физического труда становятся сегодня марксистами, если они в основу формирования своей политической позиции положили не материальные интересы или протестные чувства, а стремление познать объективную истину. Причём нельзя сказать, что большинство из таких людей — лица интеллигентного труда.
Наиболее активные из сторонников левых идей формируют своей деятельностью левое движение. Та часть левого движения, которая пытается руководствоваться марксизмом, формально считается коммунистическим движением. И это движение, не имея сил образовать ни партию большевистского толка, ни наладить коммунистическую пропаганду на должном качественном уровне, живёт своей отдельной от пролетарских масс жизнью.
Тем временем пролетариат в таких условиях принял в целом разумную выжидательную позицию. Трудящиеся ожидают в первую очередь появления усилиями компетентных революционеров-марксистов крепкой партии авангардного типа. А это в свою очередь возможно посредством кропотливой кадровой работы с наиболее образованными и передовыми трудящимися. И здесь важнейшим образом проявляет себя необходимость развенчания антимарксизма, который подаётся под видом передовой науки (№ 4 представленной выше картины). Повышение идейности пропаганды марксизма есть ключ к успеху в наших условиях. А высокая идейность предполагает убеждение сочувствующих и сторонников в научной неодолимости диаматики. Это тот путь, который гарантирует превращение сочувствующих в сторонников, а сторонников в твёрдых марксистов. И, как говорилось выше, теория познания играет важнейшую роль в усвоении диаматики.
