Поздравление и соболезнование. Ждуну и филистеру.
Привет, буржуй! Праздников — как и будней — у ждуна не бывает. Поэтому можно поздравлять в любой день.
Можно поприветствовать иначе — более смачно и сочно — привет, филистер!
Ныне ты — уничтожаемый и гнобимый «средний класс». Ты отверг своего законного могильщика — пролетариат. Это было — ничтоже сумняшеся. От наемного труда ты ушел, до собственника не допущен. Зато остается клеймо соучастника и содельника.
Содержанка (или содержант) получают не зарплату. Отныне это будет называться «обязательный и справедливый доход».
Желания могут сбываться. Этого ты не предусмотрел.
Теперь тебя зарывает живьем «чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй». Название ему пока не подобрали. Но паранойяльная цель его кристально ясна — уничтожение мелкого и среднего бизнеса.
Самое саркастичное — вырастил это чудовище ты сам. Своими же руками ты созиждел и собственную, западно-европейскую тупость западной цивилизации. Своими печеньками и вареньками вскормил и ТНК, и Грет, и Биллов, и Бидонов.
Ты славно потрудился над своим скромным обаянием.
Хорошо надувал свои пузыри. Распространил растление и систему образования для болонок по всему миру.
Отлично продумал инклюзивно смешать дебилов и нормальных детишек.
Стекхолдеровски повязал всех участием в капитализме.
Промыслительно уничтожал историю.
Корпел над стиранием различий между полами и культурами.
И добился своего. Результат вышел на славу.
Служебно-электоральное оно серого цвета кожи, возможно — кривое и глупое, возможно — ожиревшее.
Без роду и племени, без тени собственной мысли в голове или чувства в сердце. Даже без пола.
Ограничено — через всю — жизнь — невежественное.
Боевой ждун, сидящий на игле — если не наркоты, то прививки. Коли не прививки — то кредита.
Скоро ты замуруешь себе анус — дабы не было углеродного следа.
А потом ты подохнешь. Пардон, теперь это называется устойчивое развитие. Очевидно — без цели и толку.
Знаешь, это не хорошо, не комильфо — когда мертвец хватает и тащит за собой в могилу живых.
Ты уж подумай — в последний раз — стоит ли оставлять подобную память по себе? Если можешь.
