К ВОПРОСУ О СОЦПРОСЛОЙКАХ
К ВОПРОСУ О СОЦПРОСЛОЙКАХ
В любом эксплуататорском обществе есть классы-антагонисты. В сегодняшней России это капиталисты и пролетарии, но кроме этого в классах существуют соцпрослойки. Либеральные идеологи обожают выдумывать и конструировать такие химеры и симулякры типа: «средний класс», «креативный класс», «когнитариат», «управленческая революция»…
Начнём, пожалуй, с интеллигенции…
Что это такое? Работники умственного труда? Интеллектуалы, которые обслуживают правящие классы осуществляя управленческий труд? Другими словами буржуйские лакеи? Те самые, про которых Ленин выразился, что это «не мозг нации, а говно…», те самые либералы типа Степана Алексеевича из романа «Хождение по мукам» Алексея Толстого?
Интеллигенция — это социальная прослойка наёмных работников (техническая и творческая). Трудовая интеллигенция может осознавать или не вполне осознавать свою классовую сущность и родство с трудовым народом, но её представители не эксплуатируют чужой труд и не имеют средств производства. Их противоположность — интеллигенты действующие (вольно или не вольно) в интересах эксплуататоров; сами кого-то эксплуатирующие, имеющие средства производства — это интеллектуалы-прихлебатели и мелкая буржуазия.
Управленцы (технократы, ИТР, научно-техническая интеллигенция, «сословие преподавателей и учёных»…) — тоже социальная прослойка.
Знания всегда имели ценность в обществе: «Кто обладает информацией — тот управляет процессом!» И в домонополистический капитализм удачливыми буржуями были талантливые инженеры. Теперь схема такая: усложнение производства — разделение функций владения и управления — возникновение техноструктуры — социальный паразитизм собственников средств производства — узурпация — монополизация -капитализация ресурса знаний — управления высокопоставленными технократами — трансформация наёмных высокопоставленных технократов в специфическую социальную прослойку буржуазии.
В наши дни не только общество разделено на враждующие классы — эксплуататоров и эксплуатируемых, но и сами враждующие классы раздроблены на категории и прослойки, питающие друг к другу неприязнь. Капиталисты делятся на мелких, средних и крупных капиталистов-монополистов и борются за место в экономике, но и сам класс пролетариев — довольно чётко и жёстко разделён.
Ближайшими к собственникам производства стоят топ-менеджеры: гендиректоры, замы, главы различных департаментов-управлений, главврачи, начальники охраны, снабжения, отдела кадров, развития, стратегии, финансов и прочего и плюс ещё и их замы.
Всех их менее всего можно назвать пролетариатом, так как они владеют внушительным ресурсом управления, и зачастую — и это, мы уверены, тенденция, — даже большим, чем у собственника производства. Они хотя и являются номинально наёмными работниками, всё же в случае увольнения (что тоже редкость) сохраняют за собой ресурс управления, благодаря чему остаются в прослойке высших управленцев.
Управленцы среднего звена — начальники цехов, участков, различных технических служб и прочего — мыслят себя под стать высшим управленцам, метят перейти в их категорию.
Категория мелких управленцев — бригадиры, мастера, всевозможные ответственные и кураторы мелких процессов на производстве, также штаты высококвалифицированных рабочих-специалистов (т.н. «рабочая аристократия»). Они обладают небольшим ресурсом управления, который в экстремальных условиях можно перекладывать и на плечи управленцев среднего звена, но их главный ценность — специальные знания. Рабочий-специалист мыслит себя выше простого батрака без квалификации, свои знания он бережёт и копит, понимая, что это своего рода его капитал.
Рабочие без специальных знаний, профессий, квалификации, приезжие рабочие из депрессивных регионов (гастарбайтеры) — нижайшая категория пролетариата, практически на производстве находятся в положении невольников. Как правило, таких рабочих ставят на тяжёлую, грязную, однообразную работу. Такая работа отупляет и деморализует: после работы на конвейере, на стройке… домой идёшь потерянный, злой на весь мир, с небольшой денежкой и огромным чувством обречённости.
На эту низшую категорию пролетариата многие обмещанившиеся работники, включая даже ближайших к ним рабочих-специалистов, смотрят свысока, надменно, почти не контактируют с ними.
Батраки, гастарбайтеры, разнорабочие, МОП… — прослойка наиболее угнетаемая и притесняемая на любом производстве, и в ней, казалось бы, легче всего воспитать революционное сознание. Но проблема состоит в том, что для революционного воспитания на производстве необходима кадровая стабильность, но неудержимая текучка — каждая новая партия батраков задерживается на конвейере, на стройке… едва ли на месяц-полтора, не выдерживая условий труда.
Капиталистам, конечно, необходима многочисленная батрацкая прослойка на производстве, так как рабсила батрака стоит дёшево, но самое главное — батрак ЛЕГКО ЗАМЕНЯЕМ другим более дешёвым или более выносливым батраком!
Отсюда встаёт вопрос об автоматизации производства. Ни для кого не секрет, что в принципе наука уже дошла до того, что тяжёлый низкоквалифицированный труд можно полностью заменить автоматикой. Капиталисты ведущих стран уже давно избавили своё коренное население от батрацкого труда, перенося производства в отсталые страны — там население малообразованое, а нищие городов и деревень идеально подходят для труда за гроши.
Если считать, что в СССР был социализм — прогрессивное научно-плановое общество, то примерно в 70-80-е годы у нас должна была усиленно проводиться тотальная автоматизация производства. Но поздний СССР уже окончательно скатился в «перестройку», интересам партийных управленцев не отвечало освобождение низших прослоек рабочего класса от неквалифицированного труда путём внедрения автоматизации.
Отсюда возникает вопрос: будет ли ресурс управления сохранять свойства капитала при социализме и строительстве коммунизма? И если да, то как пресекать его капитализацию?
