Покрышкину устроили выволочку за правду о Сталине
Друзья! Горячий привет! Наверное, в четвертый раз перечитываю беседы Чуева с Молотовым и каждый раз взгляд цепляется за что-то новое. В этот раз приятно удивила история легендарного лётчика-истребителя Покрышкина. Вернее то, что он писал о Сталине и за что был вызван на выволочку в ЦК к разоблачителям культа личности.
Эту историю Покрышкин сам рассказал на встрече с Молотовым в 1984-м году. Надо понимать, Молотову на тот момент был давно на пенсии, девяносто четыре годочка, как никак. Да и Покрышкин совсем не мальчик.
Заподозрить героя Войны и главного министра иностранных дел двадцатого века в лукавстве — невозможно. Незачем. Что называется, всё отгорело, ушло на страницы истории. Любопытная вышла беседа.
Лётчик вспоминал как валили хвалёных асов Геринга на землю. У Покрышкина был фирменный секрет. На Лавочкиных гашетки пулеметов и пушек разнесены, бой короток, секунды, за что схватишься, тем врага и бьёшь.
Только в эскадрилье у Покрышкина было не так. Спаривали пулемёты и пушки на одну гашетку. Поймал фашиста в перекрестье — лупи до железки, всем, что припасено для незваных гостей.
Результаты — тоже героические. Сам про себя Покрышкин говорит так. Засчитывали нам не всё, да и никто счётом не кичился. Война — не спорт, нужно задачу выполнить. А так, навскидку, более семи сотен раз летал на боевые. Больше девяносто фашистов оставил гореть на земле. Не зря орали исступлённо фашисты в радио-эфире: Ахтунг, ахтунг! Покрышкин в воздухе!
Только после Войны забылось всё как-то быстро, уже во времена Хрущева отношение к Сталинским соколам стало прохладное. Покрышкин вспоминал как неприятно поразил его визит в родной Новосибирск.
В обком звонить не стал, знал — утащат на неделю выступать по заводам. Времени жалко, всего на два дня прилетал. Родственников тоже беспокоить не стал, родни много, к одним поедешь — другие обидятся, рванул в гостиницу.
В одной — не принимают, мест нет. В другую поехал — та же петрушка. Позвал администратора — нахамили, не посмотрели на военную форму и полную грудь медалей. Сказано — мест нет!
Что же, — говорит задумчиво Покрышкин, — мне идти на площадь? Под собственным бюстом ночевать? Тогда дважды Героям бюсты ставили на Родине обязательно, а у Покрышкина за Войну золотых звезд три на груди горят.
Узнали, дали номер, конечно, но противно. То ли взятку у командира выпрашивали, то ли просто власть показывали. Давно известно, нет столь падкого до власти человека, как гостиничный портье. Пять лет после этого Покрышкин в родной Новосибирск не летал, осерчал.
Это яркая примета эпохи. Вроде и до Горбачева с проклятой перестройкой не близко было, а росточки пошли уже. Если при Сталине боевой лётчик, моряк, пехотинец — орлами ходили, то при Хрущёве уже потихоньку стали втаптывать, чтобы не зазнавались.
И еще характерная примета. Сам Молотов, человек грандиозного масштаба. Один из отцов Революции наряду с Лениным и Сталиным. Первый редактор Правды. Самый уважаемый и могучий министр иностранных дел, вытянувший на своих плечах Войну.
И кстати, о чём я тоже до книги Чуева слышал лишь вскользь — любопытный факт. Свою Золотую Звезду Героя Труда Молотов получил лично от Сталина. Ну за что может получить Звезду дипломат? За переговоры, за согнутых в дугу капиталистов, за вытянутый клещами из американцев ленд-лиз, за поздний, но всё же открытый второй фронт.
Только Молотову Звезду дали не за это. А за создание самой могучей в мире танковой промышленности. Было у него такое особое поручение от Сталина. И выполнено блестяще.
Так вот этот человек доживал свои дни в забвении, на весьма скромной даче на копеечную государственную пенсию. Сохранилась телеграмма последнего года жизни, когда Молотов перевел в фонд ликвидации Чернобыля сто рублей.
Казалось бы, не такая и большая сумма для бывшего Председателя Совета Народных Комиссаров. Только через полгода после Чернобыля, когда вскроют завещание товарища Молотова — окажется всё его богатство — пятьсот рублей на сберкнижке. Как раз на приличные похороны.
Такое вот отношение бывших соратников по партии. Нехорошая примета, не в перестроечные годы стал клониться к закату Советский Союз. Гораздо раньше, при Хрущеве. Запас прочности был могучий, это да, хватило надолго.
Но эти люди и не гнались за шкурным и не продавались. Тот же Покрышкин в шутку пожаловался Молотову, что устроили выволочку в ЦК как школьнику.
Дело в том, что легендарный лётчик был в Грузии, заехал в родную деревню Сталина — в Гори. Там музей, выходные, но попросил — ради трижды героя нашлись ключи, открыли.
Ну, Александр Иванович и выдал. Попросил книгу отзывов и написал коротко, хлёстко, по-военному. Местные партийные начальнички охнули, но назад не воротишь. Зато о недозволенном отношении к разоблачённому товарищу Сталину доложили немедленно.
К вечеру уже в ЦК приглашали. Чтобы отчитать великого истребителя за непонимание политического момента. Мол, сам-то понял, летун, что понаписывал?
А Покрышкин на всех этих начальников плевал. Написал правду и переписывать не собираюсь! Написал от души:
«Товарищу Сталину. Преклоняюсь перед величием революционера, вождя, под руководством которого мы строили социализм и разгромили немецкий фашизм». Так-то.
Как пишет Чуев, Молотов этой истории посмеялся и Покрышкина поддержал. Только так и надо:
«История не может быть безликой!»
Золотые слова!
