Победы Сталина в Войне: сила против хитрости
Часто можно услышать будто товарищ Сталин во внешней политике пёр напролом. Вёл себя как озверевший от оплеух боксер — шёл на таран, давил грубой силой. Как сплошь и рядом настоящая история представляет дело совсем иначе. Напротив, это действия Черчилля или Рузвельта выглядят натуральным топтанием слона в посудной лавке. Сталин действовал тоньше, деликатнее, бил в самую точку.
Характерная история с принуждением финских приспешников Гитлера к миру в начале 1944 года. После того, как ребятки Маннергейма замыкали с немцами блокаду Ленинграда, уморили миллион мирных советских людей — многие захотели бы стереть эту прекрасную страну в порошок.
Все возможности у Сталина были, да и международное сообщество голос поднять не осмелилось бы. Война на дворе. Но нет, Сталин смог превратить фашистскую Финляндию на долгие годы в дружественного СССР и совершенно мирного соседа.
Легендарный создатель советской стратегической авиации — Александр Голованов вспоминал свой разговор с вождем в конце 1943 года. После Тегеранской конференции Сталин решил аккуратно, но жестко вывести Финляндию из Войны.
Отвлекать от фронта крупные соединения для усмирения финнов было нецелесообразно. Единственный выход — воздушная война, массированные бомбардировки. Наши союзники воевали именно так, неоднократно бомбы англичан и американцев сыпались на головы вполне мирным жителям.
Сталин поручает Голованову подготовить жесткий, но точечный авиаудар по объектам расположения финской армии и пунктам инфраструктуры. В первую очередь, это воинские части, портовые службы финской столицы, крупные железнодорожные станции.
Голованов пишет, что даже такой «щадящий» удар вызвал у Сталина нешуточные терзания. Решение прорабатывалось и несколько раз откладывалось. Но оставлять в тылу неподавленную вражескую Финляндию было нельзя.
Седьмого февраля 1944 года точечный удар все-таки был нанесен. Финны намёк поняли, дипломаты немедленно запросили переговоры с советским посольством. Впрочем германские кураторы быстро поправили своих «союзников», дело потонуло в пустых обсуждениях.
Сразу же после очередного тура переговоров, 16 числа нашей авиацией был нанесен второй бомбовый «намёк». Маннергейм сдаваться не желал, потери от советских налётов были сравнительно небольшими и серьезности своего положения он не понимал.
Тогда через десять дней Сталин нанес третий удар. На этот раз, чтобы сомнений в советской не оставалось, была собрана настоящая бомбардировочная армада.
Как пишет Голованов, если бы такая масса самолётов отбомбилась не по стратегическим узлам, а по самой столице — не было бы никакого Хельсинки. Выбомбленный пустырь с кратерами похлеще лунных, не более.
Мирному немецкому городу дворцов и музеев Дрездену повезло гораздо меньше. Бомбили их не соколы Голованова, а бравые британские и американские герои. Итог известен, наследие разрушенного дотла города заметно в Дрездене до сих пор.
После третьего «намека» Сталина финны пошли на переговоры и в 1944 году не только вышли из Войны против СССР, но начали боевые действия против фашистских оккупантов.
Вот так «тупо и напролом» действовал в политике товарищ Сталин. А мог бы разбомбить в труху и вся недолга, но нет.
