Перейти к верхней панели

ЗАРУБЕЖНЫЕ ДЕЯТЕЛИ

Spread the love
  • 30
    Поделились

ЗАРУБЕЖНЫЕ ДЕЯТЕЛИ  беседы с молотовым

Эрнст Тельман

—Тельман — замечательный, очень хороший, из рабочих. Очень крепкий. Но недостаточно культурный. Поэтому ему помогал составлять речи, теоретически кое-что обосновывать Нейман — был такой у него. Такого троцкистского типа, но культурный, поворотливый, начитанный. Но как только он Тельману вставит какую-нибудь нечеткую формулировку или недостаточно революционную, тот как зарычит! Не нравится ему… Высокий, крепкий такой. Я встречался с ним. Но, видно, ему культуры не хватает, а надо говорить немецкому народу: коммунизм, марксизм. Чувства и революционности много, он верит, а данных не хватает, ему чего-нибудь напишут, добавят или вставят, он только увидит: что-то не то, рычит прямо, как тигр, —невозможно! А очень хороший человек! Быстрого ума, в обмен мнений легко входил, быстро улавливал линию, принципиальную сторону дела — надо так,; надо так —сразу! Ну, замечательно. Производил очень хорошее впечатление. К нам относился здорово. Преданный, трибун хороший. Личность его могла бы повлиять — еще бы!

Бела Кун

—Бела Кун едва ли был троцкист. Что послужило причиной его гибели? Думаю, он был не совсем устойчивый. В период революционного подъема он очень хорош. А уже в 30-х годах… Его компания… Был представителем Венгерской компартии в Москве. Что-то было… Многих тогда убрали. Много было таких, конечно, старые социал-демократы. Польских много было убрано…

—Борьба была кровавая, жестокая, кто кого? —говорит! Шота Иванович. —Кашу маслом не испортишь. В кровавой смертельной схватке Сталин участвовал. Достаточно промаха, и все погибло бы! Ваши слова никогда не забуду: жертвы, да, были, но жертв было бы больше! В то время как мог Сталин поступать?

—Это правильно. Но и ошибки были, и жертвы были.

09.06.1976

Ракоши

—Ракоши был хороший… но тоже имел недостатки: изображал из себя Сталина в Венгрии. Чересчур. Чересчур. А имел заслуги. Сидел в тюрьме. Его на венгерские знамена обменяли.

Гомулка

—Гомулка был уклонистом националистическим, правым. По-моему, у него был домашний арест. Может быть, сидел, но я так слыхал. Мы прилетели в Варшаву, он не пустил нас на пленум ЦК Мы трое были — Никита, я и кто же третий? Маленков или Каганович? Рокоссовский там был как министр военный, он был нами послан. Сталиным был послан, конечно.

Гомулка встречал нас, нам дали хорошее помещение и прочее, но на пленум нас не пустил.

—Но насчет Польши вы сильно победили в Потсдаме, -говорит Шота Иванович.

—Да, это было. С Трумэном там столкнулись, на этом вопросе.

18.08.1976

Димитров

—Димитров был хороший человек и героический революционер. Но он раскрылся поздно немного. Он мало прожил, но оставил заметный след. Немцам он надавал, сильно наподдал.

—Мне кажется, он для Болгарии даже великоват, ему больший масштаб нужен…

Можно так сказать. Конечно, он и для большой страны подходил.

—Все-таки он деятель международного движения?

—Международными делами он не занимался, а реакция заставила его заняться.

11.03.1983

Рут Фишер

—Вы Рут Фишер помните?

-Кто же ее не помнит? Оригинальная личность. Она мало похожа на коммунистку, но в лидерах оказалась. Приехала в Россию из Германии.

—Говорят, была одним из персонажей анекдотов, сочиненных Мануильским?..

—Потому что Мануильский и Рут Фишер работали в Коминтерне. Он сочинил про себя анекдот, как он умер, никто из членов правительства его не провожал, кроме Рут Фишер, которая шла за гробом и читала газету…

30.10.1984

Мао и Чжоу

—Китайцы нам все долги отдали. Они в свое время, сразу после войны, нам вернули металлами ценными за всю нашу помощь, они очень честные в этом отношении.

—Как вам показался Мао Цзэдун?

—Чаем поил. И разговаривал насчет того, что вот надо бы встретиться, со Сталиным, когда удобнее… Сталин его  не принимал несколько дней и попросил меня: «Поезжай к нему, посмотри, что за тип». Жил он на даче Сталина, на Ближней.

Я поговорил с ним и сказал Сталину, что его стоит принять. Человек он умный, крестьянский вождь, такой китайский Пугачев. Конечно, до марксиста далековато —он мне признался, что «Капитал» Маркса не читал.

А вы «Капитал» читали? —спрашивает Молотов.

—Читал, когда сдавал политэкономию.

—До конца? Сколько томов вы читали? А четвертый том не читали? Он не требуется.

—Сталин в духовной семинарии переписал весь «Капитал». У них был один экземпляр, — говорит Шота Иванович.

—«Капитал» могли прочитать только герои, —говорит Молотов. —Когда я был в Монголии, в беседе с китайским послом —он ко мне хорошо относился —я сказал, что вот у вас хотят металлургию быстро создать, но такие меры, какие у вас намечены, —маленькие домны, они невероятны, необоснованны, я китайцев покритиковал. Наши мне потом за это замечание сделали. Но, когда явные глупости!.. Маленькие домны, которые давали негодный металл, — чепуха.

28.07.1971, 04.12.1973

—С Чжоу Эньлаем я имел дело. Воспитанный, начитанный. Он не теоретик, он практик. Но очень умный. То, что он наш XXII съезд покинул, это, с моей точки зрения, не очень умно, но… Дипломат, безусловно. Я его поближе узнал по дипломатическим делам в Женеве в 1954 году.

28.04.1976

Торез

—Торез был очень хороший. Он был сталинист, но пошел за Хрущевым. Они пошли за Советским Союзом, за КПСС, не то что — за Хрущевым.

19.04.1977

Монгольские лидеры

—Когда Хрущев отправил меня послом в Монголию, я побывал у них во всех аймаках, кроме двух, в юртах бывал. У них висят портреты Сталина, Ворошилова, мои, Калинина. Я хорошо переносил их климат, а вот Полина Семеновна неважно. Там я не болел, а захворал потом в Вене, где был полтора года. В Вене я несколько раз болел воспалением легких, но с тех пор с легкими у меня все хорошо.

Помню Чойбалсана. Малокультурный, но преданный СССР человек. После его смерти надо было кого-то назначать. Предлагали Дамбу. Посмотрел я на этого Дамбу и решил назначить Цеденбала. Он к нам хорошо относится.

13.04.1972,09.05.1972

—У Цеденбала я довольно часто бывал, когда был послом в Монголии. Особенно Полина Семеновна. Они только по-русски, по-монгольски не говорят, вот дело в чем. Жена у него рязанская. Бесцеремонная баба такая.

Только по-русски —некрасиво, потому что монголам не нравится.

Дамбу я хорошо знал. Это отсталый человек. Первый секретарь одно время. Цеденбала отстранили. Я как раз приехал, когда Цеденбал Председателем Совета Министров был, а Первым секретарем Дамбу сделали. А он хитрый такой монгол, осторожный, по-русски не говорит. Одно это уже свидетельствует о том, что он для руководства не годится, —надо читать «Правду», «Коммунист». А Цеденбал выучился в Иркутском финансовом институте и там женился на русской. Дома у него библиотека. Выпить любит. Крепко. Это у него не отстанет.

07.12.1976

Готвальд

—Готвальд —хороший мужик, очень хороший, но пил…  В вопросе победы, конечно, не играл особой роли, но в вопросе построения социализма, перехода от капитализма в Чехословакии он решающую роль сыграл. Молодец, Готвальд. (Я вспомнил рассказ П.С Попиводы о том, как Сталин дружески говорил Готвальду: «Ты в своей стране единственный порядочный человек и тот —пьяница!». —Ф. Ч.)

17.07.1975, 07.12.1976

Вилли Брандт

—Вилли Брандт, глава социалистического Интернационала. Это я считаю политическим признаком наиболее приличным. Держится как будто ничего. Сын у него коммунист. Все-таки сделал большое дело —договоренность с Советским Союзом о границах двух Германий, это большое дело. Немаленькое дело.

07.12.1976

Тито

—По Югославии насчет Тито я выступал в 1953-1954 годах на Политбюро — меня никто не поддержал, ни Маленков, ни даже Каганович, на что уж сталинец был! А Хрущев не один был. Их были сотни, тысячи, иначе один бы он ничего не сделал бы. Просто он сыграл на настроениях народа и отвечал этим настроениям, а куда это привело? И сейчас еще полно Хрущевых…

У Тито сейчас трудное положение, ло-лопается его республика, он вынужден будет ухватиться за Советский Союз, и тогда можно более крепко за это дело взяться…

Там много таких, которые хуже Тито. Да и он уже завыл от национализма, сам националист, и это его главный недостаток как коммуниста Он националист, то есть за-заражен бу-буржуазным духом. А теперь он ругает и критикует своих за национализм. Значит, дошло его дело до того, что лопается государство. Там же несколько национальностей: сербы, хорваты, словенцы…

Когда Тито приехал впервые, еще не все в нем было ясно, даже он мне немного понравился внешностью. Я, когда смотрел на Тито, еще ясно не понимал, потому что сразу не поймешь, он тогда мне нравился, а вместе с тем что-то другое… и вспомнил провокатора Малиновского.

Тито — не империалист, а мелкая буржуазия, противник социализма. Империализм — это другое дело.

21.06.1972,31.07.1972, 16.06.1977

Рассказ Попиводы, который я изложил Молотову …В конце 60-х годов довелось мне в авиационном НИИ работать с Перо Попиводой, Петром Саввичем, как мы его называли, бывшим знаменитым югославским партизанским генералом, народным героем. В1948 году ему удалось бежать из Югославии в СССР после неудавшейся попытки группы военных свергнуть Тито. Он прилетел в Москву, и его принял Сталин.

«Получилось так, — вспоминал Петр Саввич, —что когда я открыл дверь в кабинет, в это время Сталин стал выходить, и мы едва не столкнулись. Здороваясь, я протянул ему руку, а он отошел на шаг и сказал: «У нас, у русских, через порог не положено!»

Я вошел в кабинет и представился: «Попивода». Наверно, не нужно было называться, потому что он улыбнулся и, пожимая мне руку, сказал: «Сталин».

—Какой молодой, а уже генерал! —продолжил Сталин. – У нас тоже были молодые генералы. Вот в революцию Буденный», —и указал на сидевшего за столом Семена Михайловича

Сталин задал много вопросов. Спросил: «Что вы думаете о Тито?» —«Троцкист, товарищ Сталин», —ответил я. «Хуже, хуже! —сказал Сталин. —Троцкизм был сильным рабочим движением. Мы победили троцкизм. Сейчас его нет, только пакость осталась. Такая, как ваш Тито».

В 1952 году я присутствовал на XIX съезде КПСС от Союза коммунистов Югославии. Перед открытием съезда, когда в зале народу было еще немного, неожиданно появился Сталин, пересчитал стулья в президиуме, спустился вниз и принёс один стул. Делегаты бросились ему помогать, но он махнул рукой, —дескать, больше не надо.

.. Перед приветственными выступлениями, в конце работы съезда, нас, гостей, собрал Клемент Готвальд — после смерти Димитрова он считался старейшиной братских партий. Синхронного перевода в ту пору еще не было, на речь отводилось 20 минут и столько же времени занимал перевод. |

Чтобы не затягивать работу съезда, Готвальд предложил тем, кто знает русский язык, выступать по-русски. Для меня, черногорца, это было не трудно, потому что в нашем доме язык Пушкина почитался с детства, и я написал свою речь по-русски.

Съезд вел Маленков. Обычно он подходил к тому, кто будет выступать следующим, чтобы убедиться, что тот готов к выступлению. Подошел и ко мне: «Сейчас вы будете. — Бросил взгляд на мою речь: —Это что, вы по-русски будете говорить? » —«Да, нас товарищ Готвальд предупредил». —«Ни в коем случае, только по-сербски!» —сказал Маленков. «Но я не успею перевести!»

В это время уже начал свое выступление Макс Рейман, от Западной Германии, а я за ним должен…

Маленков пошел посоветоваться к Сталину, они поговорили, и Сталин медленно направился ко мне.

«Что у вас, товарищ Попивода?»

Я объяснил.

«Маленков прав, —сказал Сталин. —Нужно только по-сербски. Но у нас, большевиков, безвыходных положений не бывает. Вы можете в начале две-три фразы сказать по-сербски?»

«Конечно, могу, товарищ Сталин».

«Вот и хорошо. А дальше дуй по-русски! —сказал Сталин. -И закончить надо по-сербски. Ведь вас будут слушать на родине и могут сказать: он живет в Москве, в России, забыл даже родной язык! У вас еще нет страны в руках… Потерпи годик!»

Я сделал, как он сказал, и выступление прошло нормально».

За долгие годы нашего знакомства Попивода не раз рассказывал о Сталине.

«Весь его облик был таков, — говорил Петр Саввич, — что вызывал уважение к государству».

—Это безусловно, — согласился Молотов. Он слушал с большим интересом.

А я продолжил рассказ П.С. Попиводы.

«Теперь о Румынии. Во время войны Сталин дал указание вызволить из фашистских застенков лидера румынских коммунистов Георге Георгиу-Дежа. Наши разведчики нащупали в Бухаресте слабое звено, и эсесовец, от которого зависела судьба Дежа, пошел им навстречу… за золото. Сложность была в том, как доставить это золото в тюрьму. Однако в этой тюрьме содержались не только политические, но и уголовники. Среди заключенных нашли молодого вора-карманника, имевшего большие связи с местным уголовным миром, и он взялся помочь.

Операция прошла успешно, глава румынской компартии оказался в московской гостинице «Центральная», где в ту пору располагался Коминтерн, и ждал своего часа, который наступил в августе 1944-го, когда Красная Армия освободила Бухарест. Деж возглавил новую Румынию и вспомнил о том парне, что помог его освобождению. Оказалось, что тот снова попался на карманной краже и трогательно отбывал новый срок уже при народной власти. Деж принял участие в его судьбе. Бывшего воришку устроили на работу, он стал комсомольским активистом, быстро вырос и со временем возглавил Бухарестский горком союза молодежи. А потом Деж взял его к себе в партийный аппарат…

Вот мы сейчас и имеем Генерального секретаря Румынской коммунистической партии товарища Николае Чаушеску, —закончил свой рассказ Петр Саввич. —Но за эту историю в Румынии могут посадить», —добавил он.

Это я услышал от него летом 1968 года, когда вошел к нему в кабинет после очередного испытательного полета. «Мой генерал» читал «Правду». Отложив газету в сторону, он сказал: «Будет нас всякий вор-карманник учить марксизму-ленинизму!» В «Правде» была речь Чаушеску…

Выслушав меня, Молотов добавил:

—После освобождения Бухареста туда прибыл Вышинский, жил в королевском дворце и уговаривал короля Михая отречься от престола. Мы раньше договорились об этом — я с Иденом, а потом Сталин с Черчиллем.

(Как известно, Михай был награжден советским орденом «Победа» и благополучно покинул родину. Через годы в газетах появилось сообщение, что бывший король Румынии попался в Италии на валютных делах и отбывает тюремное наказание… — Ф.Ч.)

Еще П.С. Попивода рассказывал, как послевоенный премьер-министр Румынии Петру Гроза после беседы со Сталиным, которая, кстати говоря, велась на немецком языке, обедал с нашим руководителем. Хорошо выпив и закусив,  Петру Гроза сказал: «Вы знаете, я очень люблю женщин». —«А я очень люблю коммунистов», —ответил Сталин.

—Типичный такой буржуазный либерал, —сказал о румынском премьере Молотов.

15.08.1972     http://stalinism.ru/elektronnaya-biblioteka/sto-sorok-besed-s-molotovyim.html?start=2

1
Share and Enjoy:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • MySpace
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • Technorati
  • Twitter
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
Please follow and like us:
0 0 голос
Рейтинг статьи

Просмотров: 98

0

Spread the love
  • 30
    Поделились
Previous Article
Next Article
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Переводчик Google

поддержка

Последние сообщения на форуме

Вспомним немецкую писательницу-ан …Вспомним немецкую писательницу-антифашистку Анну Зегерс  Руслан … Читать далее
ЭПОХА БОРЬБЫОсвоение Арктики СССР в 30-е годы Яркой страницей в летописи с … Читать далее
Дружба во имя мира и строительств …Дружба во имя мира и строительства новой жизни [Правда 1952] Монг … Читать далее

Авторы

error

Enjoy this blog? Please spread the word :)

0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x
%d такие блоггеры, как: