«Хрущёв начал борьбу с  покойником и вышел из неё  побеждённым».

Spread the love
  • 26
    Shares

0
«Хрущёв начал борьбу с
покойником и вышел из неё
побеждённым».

Уинстон ЧЕРЧИЛЛЬ

Говорят, что академик П.Ф. Юдин, философ, выступая на одном из хрущёвских Пленумов ЦК КПСС как-то, оговорившись, сказал: «Партия Ленина – Сталина». А спохватившись, стал оправдываться… А, собственно, почему? Почему коммунисты тогда так и не поняли, что дело Ленина – Сталина неделимо, что нельзя противопоставлять непогрешимого Ленина «грешному» Сталину, ибо при этом погибнет, в конечном счете, и само Дело, сцементированное великими именами этих двух корифеев Всемирной Истории? Но именно на таком примитивном «черно-белом» контрасте и был построен «секретный» доклад Хрущёва на ХХ съезде партии. Стремясь противопоставить «злого Сталина» «доброму Ленину», Хрущёв, вслед за Троцким, не брезговал ничем. Но если последний, прибегая ко лжи и обману, старался изничтожить своего главного соперника как политического деятеля, кстати, ни разу не ответившего публично на его выпады, то Хрущёв, наводя напраслину на покойного Сталина, стремился стереть само его имя, память о нём.

По-Хрущёву выходило, что, мол, Ленин всегда придерживался принципов коллективного руководства, а Сталин «проявлял полную нетерпимость к коллективности в руководстве и работе», а также требовал безоговорочно подчиняться его мнению (и это говорил член Политбюро, который знал, как и все сидящие в зале заседания делегаты, что сталинский стиль общения при обсуждении любого вопроса был совершенно иным: «А вы как думаете, товарищ Рокоссовский?» или «Ну-ка, пускай наш Микита что-нибудь шарахнет…» – Л.Б.).

Владимир Ильич Ленин – убеждал, воспитывал, проявлял терпимость к инакомыслящим, а «Сталин применял массовый террор против кадров партии» (и мы уже знаем, что одним из наиболее активных организаторов тех «массовых репрессий» был «наш Микита» – Л.Б.). Вот, мол, Ленин был человеком, который «к товарищу милел людскою лаской», а Сталин, дескать, даже жену и верного друга Ленина, активного борца за дело нашей партии с момента ее зарождения, Крупскую, обхамил по телефону.

Правда, в конце жизни, склероз заставит Хрущёва «забыть» причину конфликта между Сталиным и Крупской, что отразится в его «воспоминаниях»: «Сталин много говорил нам о Ленине. Он часто возмущался тем, что, когда Ленин лежал больной, а он повздорил с Крупской, Ленин потребовал, чтобы Сталин извинился перед ней. Я сейчас точно не могу припомнить, какой возник повод для ссоры. Вроде бы Сталин прорывался к Ленину, а Надежда Константиновна охраняла Ильича, чтобы его не перегружать и не волновать его, как рекомендовали врачи. Или что-то другое. Сталин сказал какую-то грубость Надежде Константиновне, а она передала Ленину. Ленин потребовал, чтобы Сталин извинился. Я не помню, как поступил Сталин: послушался ли Ленина или нет. Думаю, что в какой-то форме он всё-таки извинился, потому что Ленин иначе с ним не помирился бы….» (Хрущёв Н. Т.2 С.120)

Но тогда, на ХХ съезде Хрущёв всё помнил великолепно и предъявил ошарашенным делегатам вытащенные из «бабушкиного сундука» и пропахшие нафталином так называемое «политическое завещание» В.И. Ленина и еще пару «сенсационных» записок, касающихся неприятного инцидента между И.В. Сталиным и Н.К. Крупской. Зачитав всё это и уловив «движение в зале», Хрущёв сказал: «Товарищи! Я не буду комментировать эти документы. Они красноречиво говорят сами за себя».

А почему бы и не прокомментировать? Разве «комиссар запаса» не читал в свое время журнал «Большевик», где в № 16 от 1.09.1925 г. было опубликовано замечание в связи с выходом в свет в Америке книги Истмена «После смерти Ленина»: «Под видом «завещания» в эмигрантской и иностранной зарубежной печати упоминается обычно одно из писем Владимира Ильича, заключавшее в себе советы организационного порядка. Всякие разговоры о скрытом или нарушенном «завещании» представляют злой вымысел». Автором этого замечания был, увы, не И.В. Сталин, а Л.Д. Троцкий.

Итак, что же происходило в момент болезни Ильича?

Болезнь В.И. Ленина – склероз сосудов головного мозга – можно разделить на три больших периода. Первый удар пришёлся на 25 мая 1922 года, второй – на декабрь 1922 года, и, наконец, третий, от которого вождь так и не сумел оправиться – на март 1923 года. После 9 марта и до самой смерти, последовавшей 21 января 1924 года, В.И. Ленин уже не мог принимать участия в политической жизни партии и страны.

Чувствуя приближение смерти, тяжело больной В.И. Ленин много думал о преемнике: кто сможет заменить его и продолжить дело Октября? Перед его мысленным взором проходила плеяда соратников в той последовательности, в какой они перечислялись в протоколах Пленумов ЦК за 1918 – 1920 годы: Троцкий, Зиновьев, Каменев, Сталин, Рудзутак, Томский, Рыков, Преображенский, Бухарин, Калинин, Крестинский, Дзержинский, Радек, Пятаков…

«По настроению больного Ленина было ясно, что он собирается оставить своим преемником Троцкого. Ленин хотел, чтобы его место заняла фигура, хорошо известная международному рабочему движению. Он хотел, чтобы его преемник, в случае необходимости, мог сделаться Председателем Совета Народных Комиссаров не только в Москве, но и в Берлине, Париже или Лондоне. Таким человеком мог быть только Троцкий».

Чтобы всё было именно так, а не иначе очень хотелось бы троцкисту Григорию Беседовскому, дипломату в чичеринском НКИДе, удравшему за границу в 1929 году по политическим мотивам (Беседовский Г. З. На путях к термидору. М.: Современник, 1997. С. 352 – 353).

Ах, если бы всё было так просто! У каждого из возможных преемников были свои несомненные плюсы, но были и отрицательные моменты. Особенно это касалось ошибок политических.

Итак, Троцкий… В. И. Ленин его ценил, но лишь в известных пределах. Ильич очень хорошо понимал, что Троцкий – не тот человек, которого можно будет поставить во главе большевистской партии и страны Советов. Больше всего в Троцком В.И.Ленина раздражал его «небольшевизм»: он мог, скажем, ради красного словца, бросить Ленину: «Кукушка скоро прокукует смерть Советской Республике».

Подсчитано, что в своих письмах, телеграммах и статьях Ленин 219 раз обозвал Троцкого «пустозвоном», «свиньёй», «негодяем», «подлецом из подлецов», «иудушкой» и «проституткой». А Сталина – ни разу! Да и не за что было наклеивать ярлыки на И.В. Сталина: он просто повода к этому никогда не подавал.

Не забыл Ильич и «октябрьский эпизод» Зиновьева и Каменева, когда на расширенном заседании ЦК партии большевиков 20 октября 1917 года И.В. Сталин выступил с критикой их штрейкбрехерской позиции в связи с публикацией в «Новой жизни» статьи Каменева, поддержанной Зиновьевым, в которой было предано широкой огласке решение большевиков о курсе на вооружённое восстание.

Бухарина Ильич хотя и считает «любимцем партии», но также отмечает, что его «теоретические воззрения очень с большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским, ибо в нём есть нечто схоластическое: «он никогда не учился и, думаю, никогда не понимал диалектики».

И на Пятакова, «человека несомненно выдающейся воли и выдающихся способностей», «в серьёзном политическом вопросе» положиться нельзя.

Итак, остаётся лишь И.В. Сталин! Из всех руководителей партии и государства Владимир Ильич имел полные основания доверять только И.В. Сталину, который всегда поддерживал его, ни разу не изменил ему, имел светлую голову, железную волю, недюжинные организаторские способности, исключительную преданность Октябрьской революции, безупречное большевистское революционное прошлое, был конкретен, краток, чёток, деловит, откровенен; оценки его, правда, бывали порой жёстки и критичны, но всегда справедливы.

И.В. Сталин был рядом с В.И. Лениным с самого дня приезда Ильича в Россию: 3 апреля 1917 года Коба встречает вождя мирового пролетариата на станции Белоостров; с 7 июля В.И. Ленин скрывается в комнате И.В. Сталина у Аллилуевых; 11 июля – И.В. Сталин провожает В.И. Ленина в Разлив; на VI съезде партии (26 июля – 3 августа 1917 года, который проходил без участия В.И. Ленина) И.В. Сталин выступает с двумя докладами ЦК – отчётным и о политическом положении. Их кабинеты в Смольном находятся рядом, так что И.В.Сталин всегда «под рукой» у В.И. Ленина.

В 1919 году семье И.В. Сталина выделили дачу в Зубалове. Его молодая жена Надежда Аллилуева работала в секретариате Совнаркома и личном секретариате В.И. Ленина, была у него дежурным секретарём в Горках; в 1921 году во время чистки её исключили из партии с формулировкой: «за недостаточную общественную деятельность». Только благодаря заступничеству Ильича её оставляют в партии. В записке к А. С. Енукидзе от 13 февраля 1922 года В.И. Ленин, в числе прочих моментов, пишет: «Квартира Сталина. Когда же? Вот волокита!». На данную записку на следующий день, 14 февраля, Енукидзе сообщил В.И. Ленину, что квартира для И.В. Сталина готова.

Никто так часто не бывал у В.И. Ленина в Горках во время его болезни, как генсек И.В. Сталин. Так, только за период с 11 июля по 24 декабря 1922 года официально зарегистрированы 32 такие встречи. Беседовали о разном.

Например, беседуя с И.В. Сталиным 30 августа 1922 года, В.И. Ленин интересовался, как идут дела с урожаем, состоянием промышленности, бюджета, курса рубля, о международном положении советских республик, об антисоветской деятельности меньшевиков и эсеров и пр.

Беседовали, главным образом, о работе, но не только. Владимир Ильич живо интересовался здоровьем хворавших товарищей –Дзержинского, Цюрупы, обсуждал и здоровье самого И.В. Сталина, побеседовав предварительно по телефону с лечащим врачом И.В. Сталина – В.Обухом. (Ленин В.И. Полн. собр. соч.: В 55 т. 5-е изд. М.: Политиздат, 1979. Т. 45. С. 681).

Сестра Ленина Мария Ильинична Ульянова, рассказывая об отношении В.И. Ленина к И.В. Сталину, свидетельствовала: «Они расстались и не виделись до тех пор, пока В.И. Ленин не стал поправляться… В это время Сталин бывал у него чаще других. Он приехал первым к В.И. Ильич встречал его дружески, шутил, смеялся, требовал, чтобы я угощала Сталина, принесла вина и пр». (Ульянова М. // Известия ЦК КПСС. 1989. № 12. С. 198 – 199).

Известно, что на пост Генерального секретаря ЦК И.В. Сталин был выдвинут по инициативе самого В.И. Ленина. Это случилось 3 апреля 1922 года, а вот всего лишь девять месяцев спустя Владимир Ильич почему-то, безо всякой видимой причины, настоятельно рекомендует сместить И.В. Сталина с этой должности, не предлагая никакой другой конкретной кандидатуры.

Подобное выглядит, по меньшей мере, странно, нелогично, нетипично для В.И. Ленина, но это так. Вот как прозвучит запись в «Дополнении к письму-диктовке от 24 декабря», под которым стоит дата 4 января 1923 г. (Ленин, и это сейчас можно с определённостью сказать, уже знает об инциденте между И.В. Сталиным и Н.К. Крупской; об этом знании говорит ключевое словечко «грубость», которое склоняется во всех документах Ленина, Крупской и других. Молотов, к примеру, считал: «То, что Ленин написал о грубости Сталина, – это было не без влияния Крупской» – (Цит. по: Чуев Ф. Молотов: Полудержавный властелин. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2000) – Л.Б.).

«Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д..».

Что касается самого письма от 24 декабря 1922 года, то оно о И.В.Сталине содержало следующие строки: «Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью…».

Но эта неуверенность В.И. Лениным высказывается лишь в связи с рассмотрением такой альтернативы И. В. Сталину, как Л. Д. Троцкий: «С другой стороны, тов. Троцкий, как доказала уже его борьба с ЦК в связи с вопросом о НКПС (НародныйКомиссариат Путей Сообщения – Л.Б.), отличается не только выдающимися способностями. Лично он, пожалуй, самый способный человек в настоящем ЦК, но и чрезмерно хвастающий самоуверенностью и чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела.

Эти два качества двух выдающихся вождей современного ЦК способны ненароком привести к расколу, и если наша партия не примет мер к тому, чтобы этому помешать, то раскол может наступить неожиданно».(Ленин В.И. Цит. по: Полн.собр.соч. Т.45. С.345).

По воспоминаниям Марии Ильиничны Ульяновой, «крайне трудно было поддерживать равновесие между Троцким и другими членами ПБ, особенно между Троцким и Сталиным. Оба они – люди крайне честолюбивые и нетерпимые. Личный момент у них перевешивает над интересами дела. И каковы отношения были у них ещё в первые годы Советской власти, видно из сохранившихся телеграмм Троцкого и Сталина с фронта к В.И.» (Ульянова М. // Известия ЦК КПСС. 1989. № 12. С. 194).

Ильич справедливо опасался, что психологическая несовместимость двух центральных фигур тогдашнего ЦК может после его смерти явиться причиной раскола в партии. Но и то, что он предлагал – увеличить число членов ЦК до 50, до 100 человек, тоже не было панацеей.

Тем не менее, озабоченность больного В. И. Ленина, ощутившего дыхание смерти, понять можно. В то же время нельзя исключить и такую версию, что «Дополнение от 4 января» было написано под диктовку Н. К. Крупской, а вовсе не В.И. Ленина.

Тогда всё становится на свои места: этот документ будет в течение почти полутора лет надёжно припрятан Крупской от посторонних глаз, и всплывёт на свет божий уже после смерти В.И. Ленина, когда соберётся очередной съезд, который просто не посмеет не выполнить «последнюю волю» Ильича (или всё-таки его жены? – Л.Б.), а вместо И. В. Сталина изберёт на пост генсека «самого способного человека в настоящем ЦК» – Троцкого, к которому Крупская благоволила и взгляды которого разделяла.

Поведение самой Крупской в тот день описано в записках сестры Владимира Ильича, Марии Ильиничны Ульяновой, найденных после её смерти: «Надежду Константиновну этот разговор взволновал чрезвычайно: она была совершенно не похожа сама на себя, рыдала, каталась по полу и пр». (Ульянова М. // Известия ЦК КПСС. 1989. № 12)

Комплекс «жены Цезаря», которая, как известно, «вне подозрений», мог сподвигнуть оскорблённую Крупскую («Эх, Виссарионыч, да как Вы только посмели…» – Л.Б.) и на такой отчаянный шаг…

Хрущёв прокомментировал это «Письмо» на ХХ съезде так: «Озабоченный дальнейшей судьбой партии и Советского государства, Ленин дал очень верную характеристику Сталина, указывая, что нужно рассмотреть вопрос о смещении Сталина с поста генерального секретаря из-за того, что Сталин очень груб, недостаточно внимателен к другим, капризен и злоупотребляет властью».

В «воспоминаниях» Хрущёв время от времени будет неоднократно дублировать эту же клевету: «Ведь Сталин сделал с превышением то, о чём Ленин предупреждал, причём предупреждал очень чётко. Несмотря на его предупреждение, Сталин всё-таки втёрся в доверие народа (ай-ай-ай, Никита Сергеевич! – Л.Б.), а потом быстро вернулся к тем методам действий, о которых упоминал Ленин, предупреждавший, что может произойти злоупотребление властью. Так и случилось»; «Всё это подтверждало предположение Ленина, что Сталин способен злоупотребить властью и поэтому нельзя держать его на посту генерального секретаря»…

Что ж, это было навязчивой идеей у Никиты Хрущёва, да только вот не говорил же В.И. Ленин таких слов. Всё, что он сказал, было: «я не уверен, сумеет ли он (т.е. И.В. Сталин – Л.Б.) всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью…».

Разве это одно и то же? Как юрист, Ильич знал, что «злоупотребление властью» – уголовно наказуемое преступление, которое требует серьёзнейшего обоснования кучей всевозможных доказательств. Но у В.И. Ленина не было совершенно никаких оснований считать, что И.В. Сталин злоупотребляет властью…В то же самое время, Хрущёв не только совершает уголовное деяние, возводя клевету на И.В. Сталина, но и, извращая ленинские слова, пытается сделать соучастником этого своего преступного деяния самого В.И. Ленина…

Чем же было вызвано «письмо к съезду», которым так ловко манипулируют враги И. В. Сталина, прежде всего, Троцкий, Зиновьев, Каменев и их последыш Хрущёв?

А дело обстояло так.

В решении Пленума ЦК РКП(б) от 18 декабря 1922 г. отмечалось: «На т. Сталина возложить персональную ответственность за изоляцию Владимира Ильича в отношении как личных сношений с работниками, так и переписки». (Известия ЦК КПСС. 1989. № 12. С.191).

То есть, на Генерального секретаря (в силу его должностных обязанностей, прежде всего) возлагалась персональная ответственность за соблюдение режима лечения В.И. Ленина.

Случилось так, что спустя несколько дней, 21 декабря (как раз в день рождения И.В. Сталина), В.И. Ленин, в нарушение режима, диктует Н.К. Крупской письмо Троцкому по вопросу о монополии внешней торговли, после чего 22 декабря Троцкий звонит Каменеву, о чём Каменев сообщает И.В.Сталину запиской, в ответ на которую тот пишет:

«22/XII.1922 г. Т. Каменев!
Записку получил. По-моему, следует ограничиться заявлением в твоём докладе, не делая демонстрации на фракции, как мог Старик (один из партийный псевдонимов В.И. Ленина, которым пользовались его близкие товарищи – Л. Б.) организовать переписку с Троцким при абсолютном запрещении Ферстера (немецкий врач-невропатолог, с марта 1922 г. консультировавший врачей, лечивших В.И. Ленина – Л.Б.)

И. Сталин».

(Известия ЦК КПСС. 1989. №12. С. 192).

В этот же день состоялся тот самый, так называемый «грубый» разговор И.В. Сталина с Н.К. Крупской по телефону. Реакция И. В. Сталина, человека, отныне отвечающего за жизнь и здоровье Владимира Ильича, была не только адекватной обстоятельствам, но и вполне оправданной по любым меркам: ведь как раз в ночь с 22 на 23 декабря у В.И. Ленина происходит второй удар: наступает паралич правой руки и правой ноги: именно нарушение режима лечения Ильича по вине Крупской и привело к резкому осложнению болезни!

Тем не менее, как бы оправдываясь, как бы снимая с себя ответственность за допущенную преступную оплошность, Крупская пишет 23 декабря письма Каменеву и Зиновьеву с жалобой на И.В. Сталина, одно из которых, а именно, письмо Каменеву, Хрущёв привёл на ХХ съезде без объяснения обстоятельств дела:

«Лев Борисыч,
по поводу коротенького письма, написанного мною под диктовку Влад. Ильича с разрешения врачей, Сталин позволил вчера по отношению ко мне грубейшую выходку. Я в партии не один день. За все 30 лет я не слышала ни от одного товарища ни одного грубого слова, интересы партии и Ильича мне не менее дороги, чем Сталину. Сейчас мне нужен максимум самообладания.

О чём можно и о чём нельзя говорить с Ильичём, я знаю лучше всякого врача, т.к. знаю, что его волнует, что нет, и во всяком случае, лучше Сталина. Я обращаюсь к Вам и к Григорию (Зиновьеву – Л.Б.), как более близким товарищам В.И. (??? – Л.Б.), и прошу оградить меня от грубого вмешательства в личную жизнь, недостойной брани и угроз.

В единогласном решении Контрольной комиссии, которой позволяет себе грозить Сталин, я не сомневаюсь, но у меня нет ни сил, ни времени, которые я могла бы тратить на эту глупую склоку. Я тоже живая и нервы напряжены у меня до крайности». (В. И. Ленин. ПСС. Т. 54. С. 674 – 675).

Получив эти письма, Каменев и Зиновьев имели беседу с И.В. Сталиным, который сказал им, что разговаривал с Н.К. Крупской не как с женой В.И. Ленина, а как с членом партии, которая нарушила запрещение врачей об изоляции В.И. Ленина от политической деятельности и что он действительно заявил ей, что намерен представить сообщение об этом факте на рассмотрение Центральной Контрольной комиссии партии – и ничего более, и что он готов принести свои извинения перед Крупской, если она расценила его звонок, как «грубое вмешательство в личную жизнь». Что И.В. Сталин и сделал незамедлительно.

А утром 24 декабря И. Сталин, Л. Каменев и Н. Бухарин обсудили ситуацию. Заставить молчать Ильича они не могут, но нужно соблюдать все меры предосторожности, а главное, максимальный покой. И решение принимается такое:

«1. Владимиру Ильичу предоставляется право диктовать ежедневно 5 – 10 минут, но это не должно носить характера переписки и на эти записки Владимир Ильич не должен ждать ответа. Свидания запрещаются. 2. Ни друзья, ни домашние не должны сообщать Владимиру Ильичу ничего из политической жизни, чтобы этим не давать материала для размышлений и волнений».

(Цит. поДокучаев МИстория помнит. М.: Соборъ, 1998)

Во время болезни рядом с В. И. Лениным постоянно находились по очереди дежурные секретари – Н.Аллилуева, М. Володичева, М. Гляссер, Ш. Манучарьянц, Л. Фотиева, С. Флаксерман.

Однако, кто-то, видимо, один из личных секретарей, проинформировал В.И. Ленина об этом инциденте, точно так же, как и содержание секретного «письма к съезду», которое должно было выплыть на свет после кончины В.И. Ленина, стало известно в тот же период всем заинтересованным лицам (кроме надёжно законспирированного «Дополнения от 4 января 1923 года», что подтверждает версию о фальсификации этого документа – Л.Б.), хотя и был строгий наказ Владимира Ильича: «О письме не должен знать никто до моей смерти». Он знал, но чтобы не выдать источника этой информации, ждал подходящего случая. И вот настал момент, о котором пойдёт речь чуть ниже, момент, зафиксированный в воспоминаниях секретаря Н.К. Крупской В. Дридзо, когда Крупская сознательно пошла на то, чтобы рассказать Ленину об этом инциденте.

Л. Фотиева, секретарь В.И. Ленина, например, утверждает, что о телефонном инциденте могла сообщить вождю и сама Крупская: «Надежда Константиновна не всегда вела себя, как надо. Она могла бы проговориться Владимиру Ильичу. Она привыкла всем делиться с ним. И даже в тех случаях, когда этого делать нельзя было.<…> Например, зачем она рассказала Владимиру Ильичу, что Сталин выругал её по телефону?..». (Л. Фотиева. Цит.по: Бек А. К истории последних ленинских документов. Из архива писателя, беседовавшего в 1967 году с личными секретарями Ленина // Моск. Новости. 1989. 23 апр. № 17. С. 8 – 9).

Болгарский исследователь данного вопроса учёный Михаил Килев, приводит в своей книге «Хрущёв и распад СССР» по поводу «письма к съезду» следующие соображения:

«Невероятно, чтобы В.И. Ленин продиктовал мысли, чуждые его толерантному отношению к соратнику и товарищу, которое у него было в течение длительного времени до Октябрьской революции и после неё.

Невероятно, чтобы В.И. Ленин принял такое судебно-прокурорское решение: сместить И.В. Сталина с поста генерального секретаря и предложить тому же ЦК РКП (б) обдумать только способ, как это сделать.

Невероятно, чтобы В.И. Ленин предложил товарищам из ЦК РКП(б) назначить другого на пост генерального секретаря вместо избрать, как полагается по Уставу партии. Это означает, что В.И. Ленину приписывается нарушение Устава партии и административно-командное отношение к вопросу о выборном посте генерального секретаря ЦК РКП(б).

Невероятно, чтобы В.И. Ленин не предложил самого подходящего члена ЦК РКП(б), который бы по его рекомендации заменил бы И.В. Сталина на его посту, если В.И. Ленин, действительно, предлагал переместить И.В. Сталина.

Невероятно, чтобы В.И. Ленин принял решение по такому важному вопросу и при этом попросил бы Н.К. Крупскую вручить ЦК РКП(б) это его решение после его смерти, когда это будет уже поздно и беспредметно. Так оно и вышло – это «Дополнение» к письму-диктовке от 4 января 1923 года попадёт в ЦК РКП (б) только через 1 год и 4 месяца.

Невероятно, чтобы В.И. Ленин, который знал, что И.В. Сталин не только генеральный секретарь, но и лично отвечает за соблюдение режима его лечения, предлагает переместить его с этого поста только из-за того, что он был груб по отношению к Н.К. Крупской, то есть из-за незначительного эмоционального эпизода. Притом не встретившись с И.В. Сталиным для выяснения этого вопроса».

«Всё вышеизложенное, – пишет М. Килев, – порождает серьёзное сомнение в существовании такого «Дополнения от 4 января 1923 года» к письму-диктовке В.И. Ленина с точно таким содержанием».

С последним замечанием болгарского учёного согласиться нельзя. «Письмо к съезду», как и «Дополнение» к нему, вошедшие в Полное собрание сочинений В.И. Ленина, факт исторически достоверный, но все отмеченные М. Килевым в тексте противоречия и несуразицы могут быть истолкованы либо как фальсификация со стороны заинтересованных конкурентов И.В. Сталина (скажем, Троцкого, Зиновьева или Каменева – Л.Б.), при прямой поддержке Н.К. Крупской, либо – что намного вероятнее – как печальное проявление серьёзнейшей болезни В.И. Ленина.

Из воспоминаний секретаря Н.К. Крупской В. Дридзо:

«Сейчас, когда в некоторых публикациях всё чаще стало упоминаться имя Надежды Константиновны Крупской и отношение к ней Сталина, я хочу рассказать о том, что мне доподлинно известно.

Почему В.И. Ленин только через два месяца после грубого разговора Сталина с Надеждой Константиновной написал ему письмо, в котором потребовал, чтобы Сталин извинился перед ней? Возможно, только я одна знаю, как это было в действительности, так как Надежда Константиновна часто рассказывала мне об этом. (Мучила совесть? – Л.Б).

Было это в самом начале марта 1923 года. Надежда Константиновна и Владимир Ильич о чём-то беседовали. Зазвонил телефон. Надежда Константиновна пошла к телефону (телефон в квартире Ленина всегда стоял в коридоре). Когда она вернулась, Владимир Ильич спросил: «Кто звонил?» – «Это Сталин, мы с ним помирились». (Это была не оговорка, Крупская вполне сознательно произнесла эти слова, предвидя, что Ильичу придётся всё рассказать – Л.Б.). – «То есть как?».

И пришлось Надежде Константиновне рассказать всё, что произошло, когда Сталин ей позвонил, очень грубо с ней разговаривал, грозил Контрольной комиссией. Надежда Константиновна просила Владимира Ильича не придавать этому значения, так как всё уладилось, и она забыла об этом (между прочим, и о том «забыв» сказать, что Сталинуже извинился перед ней – Л.Б.).

Но Владимир Ильич был непреклонен, он был глубоко оскорблён неуважительным отношением И.В. Сталина к Надежде Константиновне и продиктовал 5 марта 1923 года письмо Сталину с копией Зиновьеву и Каменеву, в котором потребовал, чтобы Сталин извинился. Сталину пришлось извиниться, но он этого не забыл и не простил Надежде Константиновне, и это повлияло на его отношение к ней».

(Дридзо В. Воспоминания // Коммунист. 1989. № 5)

1
Share and Enjoy:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • MySpace
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • Technorati
  • Twitter
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
Please follow and like us:
error

Просмотров: 157

0

Spread the love
  • 26
    Shares
Previous Article
Next Article

Оставить комментарий

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
  Подписаться  
Уведомление о

Желающим поддержать нас

Последние сообщения на форуме

Экономическое представление о буд …Понятие о трудолюбии и лени, о полезном человеке и тунеядце корням … Читать далее
Сталинское ополчение … Нельзя завоевать государство, защищаемое своим народ … Читать далее
Чем вам Ленин не угодил, господа …Все мы живем в сказочной стране под названием Россия. А большая ча … Читать далее

Авторы

error

Enjoy this blog? Please spread the word :)

%d такие блоггеры, как:
Перейти к верхней панели